Новости сайта

- 27 ноября 2014 г. опубликованы все 27 глав романа-хроники Н. Иванова "Ограниченный контингент". Об истории создания романа, авторе и кратком содержании глав. Ссылки на главы.
- 17 февраля опубликована страница: "Организационно-штатная структура ММГ «Кайсар» 47 Керкинского, 68 Тахта-Базарского ПОГО КСАПО КГБ СССР"
- 22 января добавлена очередная страница боевого пути ММГ за 1991 - 1992 годы. "1991 - 1992 годы. СБД по охране государственной границы. Расформирование ММГ-5 "Кайсар"
- 6 января добавлена очередная страница боевого пути ММГ за 1989 год. "1989 г. Вывод ММГ-5 «Кайсар» из Афганистана".


Говорят, я славный малый,
Может, стану генералом...
Ну а если вдруг не выйду из огня,
Не спеши искать другого,
Я от пули заколдован,
Медицина есть в надежде у меня.

Командир у нас толковый,
Несмотря на то что новый.
С полуслова можно нам его понять.
Только б ветра нам полегче,
И не больше, и не меньше,
И тогда, тогда врагу не сдобровать.

1986 год. Удачный военный год в Кайсаре - год без потерь.

1986 год вошёл в историю Кайсара, как один из самых удачных периодов в афганской войне. Начавшись бестолково и бессмысленно, он с весны принёс в мангруппу нескончаемые выезды на боевые операции. Кроме этого личный состав мангруппы привлекался в составе нештатных десантно-штурмовых застав в пограничных операциях, которые планировал и проводил пограничный округ. Наверное воинское счастье было на нашей стороне: ММГ "Кайсар" обошлась без боевых потерь, ранений. Может быть, мы научились воевать, может быть, хорошо работала разведка, может быть, душманы были не те, но факт остаётся фактом: боевых потерь не было.

На взгляд личного состава мангруппы одна из причин такого успеха была связана с приходом в Кайсар нового начальника ММГ Максимова Николая Гурьевича. Опытный офицер. Он пришёл к нам не из щёлкающего каблуками Прибалтийского или Западного пограничных округов или со скамейки академии. До Кайсара долгое время служил в оперативной группе Тахта-Базарского пограничного отряда, участвовал в планировании, руководстве пограничными операциями в Афганистане, участовал в составе сводных сил в проведении пограничных операций округа. Всё это несомненно принесло Максимову Н.Г. бесценный боевой опыт. Похвастать таким багажом знаний обстановки, форм и способов ведения боевых действий, предвидения ситуации, просчитывания действий душманов никто из кайсарцев не мог ни бывших ранее в мангруппе, ни прибывших позже из Союза. Были, конечно, и другие причины военного успеха. Но Максимов, на мой взгляд, был одной из главных составляющих успешных боевых действий ММГ "Кайсар".

Кайсар и афганцы образца 1986 года были не лучше и не хуже других годов. Точно так же, как и раньше командование мангруппы постоянно выходило в Кайсар, посещало руководство улусвольства, ХАДа, царандоя. Расширенными составами участвовали в праздниках афганцев. Хорошо, казалось бы: такая идиллия, где встречаются только сплошные друзья и купленные враги.

Однако ночные обстрелы лагеря, мины на дорогах, боевые столкновения с боевиками говорили сами за себя. Бдительность терять было нельзя ни при каких условиях. Даже якобы друзья в других обстоятельствах брали в руки оружие и стреляли в сторону шурави, объясняя потом: "Да стрелял, но ведь не попал!"

Передача личного состава РММГ-2 в распоряжение 68 ПОГО

Как уже было сказано в предисловии, год начался бестолково. И это несмотря на то, что сам Новый год личный состав отпраздновал по полной программе с праздничным фейерверком из АКС, вывешиванием осветительных мин над Кайсаром, выпущенных из 120-мм миномётов, а также осветительных ракет из СПШ. У бойцов были праздничные пироги, торты, которые было возможно сделать самим из тех продуктов, которые имелись в распоряжении гарнизона. У офицеров было и запасённое шампанское и другие напитки. Имелась и соответствующая закуска. Всё путём: кино, праздничный капустник, посиделки.

Мангруппа первый квартал 1986 года фактически провела в лагере. Борты из-за зимней погоды летали мало, большие операции не проводились, а на нашей изношенной технике командование Тахта-Базарского отряда поставило крест ещё осенью 1985 года. Тогда кайсарская боевая группа фактически тормозила движение сводных сил под Гормачом во время проведения локальной операции перед участком 2 пограничной комендатуры. Начальник ОГ отряда воочию тогда убедился в отсутствии боеспособности, остающихся ещё на ходу БТР-60пб. Вдохнуть в них очередную по счёту жизнь уже никому не удавалось.

В начале марта прилетели борты, которые привезли из Керков последнее молодое пополнение призыва осень 1985 года. С весны 1986 года плановая замена личного состава срочной службы находилась в ведении Тахта-Базарского ПОГО. С целью осуществления приёма - передачи личного состава с бортами прибыл начальник 4 отделения штаба майор Алексеев, который и осуществил свою миссию в кратчайшие сроки.

Реакция бойцов была нейтральной. Они особо не задумывались о последствиях. Разве что только увольнение через Тахта-Базар было немного сложнее в плане транспорта. Из Кушки в Мары (ближайший железнодорожный узел Союза) вела одна железная дорога. А пассажирский поезд ходил один раз в сутки. А вот офицеры были явно расстроены. У многих семьи находились в Керках. Отсутствие плановых бортов с Керков намного усложняло поездки офицеров на выходные. Приходилось ездить через Мары по окружной. С другой стороны служебно-боевой деятельностью ММГ "Кайсар" уже давно руководил Тахта-Базарский отряд. И как не здесь офицеры оперативной группы знали о положении дел в подразделении, о боевых действиях и об отличившихся. С марта вопрос о государственных наградах для личного состава ММГ решался быстрее и надёжнее.

В начале марта 1986 г. комиссия во главе с начальником 4 отделения Керкинского пограничного отряда майором Алексеевым передала весь личный состав РММГ-2 в полное подчинение 68 Тахта-Базарскому пограничному отряду.
РММГ-2 в соответствии со штатной структурой в составе отряда получает наименование ММГ-5 "Кайсар".

Замена боевой техники

15 марта 1986 года наконец-то началась долгожданная замена старых БТР-60пб на новые БТР-70. Несколько дней до этой даты водители вместе с техниками, наводчиками КПВТ в мыле под личным надзором начальников застав готовили технику к её последнему проходу по Афганистану. Сделали всё, что могли сделать в условиях афганской зимы и отсутствия запчастей.

Главной задачей, поставленной командованием Тахта-Базарского ПОГО, было подготовить технику к маршу, совершить марш по маршруту "Кайсар - Бирка - Курух - Ачик - Хумлы". Это была задача - минимум, и в то же время - максимум.

Эпопея вывода техники началась сразу, ещё в Кайсаре. Из мангруппы машины вышли сами, исключая БТР № 715 3-ей заставы. Его тащили сразу. Водителем был Коля Золочевский. Никакие его потуги не помогли. Вдохнуть в двигатели жизнь на последние 80 километров до Союза он не смог. БТР № 714 и 716 дошли до Союза своим ходом, не без приключений, но дошли.

1 часть маршрута
"Кайсар - Хумлы"

На данный момент мне неизвестно: кто и когда проложил новый маршрут из Кайсара в Союз с выходом на 3 пограничную комендатуру "Хумлы" 68 Тахта-Базарского ПОГО. Можно только предположить, что это было сделано в 1984 - 1985 г.г. Причём в июне 1985 года об этом маршруте кайсарцы уже знали точно. Из этого следует только один вывод: боевая группа проложила маршрут "Кайсар - Бирка - Курух - Ачик - 45 пограничный знак - Хумлы" скорее всего в период командования второго начмана Лазаренко Ю.П.

Начало прокладке новому маршруту положила эффективная операция разведотдела Тахта-Базарского ПОГО в конце 1983 г., в ходе которой между пограничным отрядом и бандгруппой Карамхана (основная вотчина Ачик, где была расположена его резиденция) было заключено перемирие в целях обоюдной выгоды в борьбе с бандформированием Рауфа. Таким образом, путь через Ачик в сторону государственной границы был открыт. Способствовала этому перемирию и оперативная работа разведчиков и командования ММГ "Кайсар". В соответствии с договорённостями Карамхан постоянно получал военную и материальную поддержку пограничного отряда, обеспечивая в то же время беспрепятственный проход транспортных колонн через зону своей ответственности.

Вторая застава совершила марш тоже с остановками и постоянными ныряниями водителей и наводчиков в моторные отсеки. В 10 километрах от мангруппы, ориентировочно после Бирки встал колом БТР № 713.

Наверное, это был самый многострадальный БТР. Только в 81 – 83 г.г. на нём поменяли 3 двигателя. А летом 1982 года после боя в «зелёнке» наводчику Кочетову В.Ю. пришлось поменять ствол КПВТ, т.к. защёлку пламегасителя срезало пулей.

2 часть маршрута
"Кайсар - Хумлы"

Напоследок в одном из наиболее сложных мест маршрута "Кайсар – 45 пограничный знак - Хумлы" на сыпучем подъёме БТР-713 ещё и перевернули кверху колёсами. Каким-то образом обошлось без травм и увечий. Хорошо, что в мангруппе были БМП. Если бы не помощь "трактористов", то операция вывода была бы просто неосуществима без привлечения сил и средств пограничного отряда. Но это был ещё не конец операции.

БТР № 711 остановился недалеко от 45 пограничного знака. Его дотащили с матюками БМП с 1-ой заставы.

Худо, бедно, но к вечеру задача - минимум была мангруппой выполнена.

Вздохнув с облегчением, водители и зампотех мангруппы Рожков Д. убыли бортами в пограничный отряд. Сразу же с вертолётной площадки группа направилась в автопарк. Подогнали 4 новеньких БТР-70, отряд быстро сдал, а кайсарцы также быстро приняли технику. Без проволочек пинками зампотех отряда выгнал новую технику в Кайсар. Обратный марш через Хумлы совершили быстро, без происшествий и задержек. Боевую группу никто не ждал на маршруте. На этом можно поставить точку на задаче - максимум.

Операция по замене боевой техники в ММГ "Кайсар" была осуществлена на основе приказа Командира войсковой части 2072 № 99 от 30.03.1986 г. А осенью 1986 г. состоялась замена бортовой нумерации всей боевой техники в ММГ: 700-я группа была заменена на 800-ю. Т.о., к примеру, на 3-й заставе вместо 714, 715, 716, 717 бронетранспортёров появились БТР с номерами 868, 869, 870, 871.

С апреля 1986 года ММГ "Кайсар", можно сказать, обрела второе дыхание, заново вступив в боевой состав пограничных войск 68 Краснознамённого Тахта-Базарского ПОГО.

По воспоминаниям В.Г. Белкина, Н.Н. Михальчука

«Баранья» война

Командование и обстановка долго прохлаждаться мангруппе в месте дислокации не позволили. Пришла срочная телеграмма из ОГ отряда о происшествии: на участке 13 пограничной заставы пропали несколько чабанов и до 2000 баранов. А это участок ответственности кайсарцев. Началась вошедшая в историю Тахта-Базарского ПОГО «баранья война», длившаяся с 18 по 21 марта 1986 года (приказ Командира в/части 2072 № 98 от 29.03.1986 г.) Осложняло обстановку то, что нештатная ДШЗ в количестве 50 человек была на войсковой операции, проводившейся округом под Акчой и Андхоем напротив участка Керкинского ПОГО (об "Операции возмездия" ниже на странице).

Из Кайсара срочно вышла боевая группа в район к. Гормач, где её уже ждал резерв из пограничного отряда, собранный на скорую руку из бойцов учебного пункта. В составе кайсарской БГ был начальник 3 заставы Петров А.И. До этого момента резерв на 2 бортах во главе с генералом из Москвы часа 3 кружил над предполагаемым местом нахождения отары, но тщетно.

Резерв высадили в Афганистане недалеко от Гормача, а генерал улетел в отряд. Не царское это дело баранов искать и трястись на броне. Медалей и орденов тут вряд ли перепало бы. Боевая группа, подобрав десант, утром перешла Мургаб вброд в районе 9 пограничной заставы. Далее проследовала в пограничный отряд.

Чабаны нашлись быстро, когда сами вернулись в Союз, но без баранов. С их слов им накостыляли по шее афганцы, а баранов угнали в полон. Действия духов поддавались логике: бараны - это деньги, а туркмены никакой ценности из себя не представляли. Через несколько дней бараны нашлись в нескольких десятках километров от предполагаемого места. И... баранья война закончилась.

Участие нештатной ДШЗ РММГ-2 в оперативно-войсковой операции
напротив участка 47 Керкинского ПОГО в марте – апреле 1986 г.

В апреле в Андхойском районе провинции Фарьяб пограничным округом была проведена крупная операция «Возмездие». Операция проведена в два этапа.
Перед основной фазой операции (в конце марта – начале апреля) силами пограничных подразделений Керкинского, Термезского, Тахта-Базарского погранотрядов совместно с подразделениями 201-й МСД проведена очередная очистка района Акчи, находящейся восточнее Андхоя напротив левого фланга 47 Керкинского ПОГО.

К началу второй декады апреля силы и средства были передислоцированы под Андхой.
По плану Андхойской операции пограничные подразделения блокировали практически весь район Андхоя вдоль дороги на Меймене. По воспоминаниям руководителя операции полковника Минина Г.М. к операции привлекались три ДШМГ, девять ММГ, батарея 122-мм гаубиц Д-30, шесть миномётных батарей - 120-мм и 3 установки "Град" БМ-21 (201-й МСД).
10.04.1986 г. при совершении марша в район Андхоя совместно с афганскими подразделениями в районе Даулетабада недалеко от Атаханходжи во время стоянки подверглась нападению колонна ММГ-1 «Меймене» Керкинского погранотряда. В результате сильного миномётного обстрела противником большие потери понесли афганские военнослужащие пехотного полка и царандоя из г. Меймене, у пограничников 1 человек погиб (от разрыва в непосредственной близости душманской мины погиб миномётчик миномётной батареи ММГ-1 «Меймене» Керкинского погранотряда рядовой НЕГРЕЯ Иван Григорьевич), 4 раненных. В БТР № 732 пограничников 2-ой ПЗ ММГ-1 попала мина, но экипаж, находясь в окопе, не пострадал.
14.04.1986 г. при высадке десанта в районе восточнее Андхоя от пули вражеского снайпера погиб огнемётчик 3-ей ДШЗ Керкинской ДШМГ рядовой КУДРИН Виктор Павлович.
Несмотря на многочисленные попытки мятежников прорваться из блока, все они были отбиты. Андхойская операция завершилась полным разгромом бандформирований в этом районе с большим количеством пленных и трофеев (более 700 человек, 5 главарей бандгрупп, из них 2 убитых - дедом Мининым цифры слегка завышены).
Однако уже в середине мая вместо разгромленных банд в район просочились другие бандформирования. Это строки официального отчёта.

Следует отметить, что об этой операции и событиях ей предшествующих есть материал, изложенный одним из очевидцев, находящемся в Андхойской крепости (КП ОГ операции) большую часть времени проведения боевых действий, на странице: Андхойская операция М. Суровцева. Апрель 1986 г.

План-схема Андхойской операции,
апрель 1986 г.

Обо всём этом, т.е. о предшествующих и последующих событиях мы в Кайсаре не знали, если не сказать больше – не подозревали. Но в начале марта 1986 года пришло распоряжение из оперативной группы Тахта-Базарского отряда. И в ММГ-5 была срочно сформирована нештатная десантная пограничная застава, собраны все вещи, амуниция, сухпай, оружие и боеприпасы. Всё это было выложено и все были выстроены на плацу. Раз 10 застава была проверена начманом майором Максимовым Н.Г., нами самими (Березиным А.В. и Лебедевым В.Г.) и личным составом.

Я заставил всех своих бойцов в соответствии с тактическими нормативами взять по 2 боекомплекта на всё имеющееся вооружение. Не обошлось без казусов. От нашей 3 заставы расчёт АГС-17, ст. наводчик Смыков Е. и снайпер Гончар М., сдуру решивший подсобить своему годку, на первое построение притащили 4 коробки, снаряженные гранатами. По итогам построения, где все взяли по два БК, исключая пулемётчика и их, народ был распущен.

Смыков, Гончар были подвергнуты экзекуции, закончившейся клятвенным обещанием со стороны последних пополнить БК. В результате, увидев воочию, что такое 600 гранат и, представляя в будущем, как они будут их тащить, я ограничил их одним БК.

Наблюдая, как нештатная застава строится на плацу, а Смыков с Гончаром таскают АГС и огромный ящик с гранатами, народ потешался, как только мог. Благо у мужиков было достаточно чувства юмора и они стоически терпели насмешки, мужественно и жёстко огрызались.

Как я оказался прав тогда, когда 15 апреля за каких-нибудь 5 – 10 минут боя ушли 3 коробки с гранатами из 4-х. Тогда, лихорадочно снаряжая ночью на ощупь ленту гранатами, Смыков только приговаривал: «Хорошо, что меня заставили, хорошо, что меня заставили их (гранаты) взять. Спасибо замполиту. Он знал, что мне это будет нужно». Но вернёмся к нашим сборам на операцию.

Всё подготовленное к операции было сложено в надёжном месте, получив статус «неприкасаемого». Мины от 82-мм миномёта поделили поровну между отделениями заставы. Не было только спальных мешков, точнее нужного количества на 50 человек. На что "бывалые" десантники сказали: «Ерунда, мужики. Сами бывали на операциях. Найдете всё там». Где там? Мне было неведомо. Я в составе десантных застав ещё не действовал ни разу. Правда, наш нештатный старшина заставы Алексей Зеленов (2 пограничная застава) там, на месте (в Керках) в период подготовки к десантированию где-то что-то добывал. Помню, что на мои вопросы и удивление он отвечал, что это всё знакомые «зёмы» помогают. В общем, его афёры после первой части операции, когда пришлось померзнуть без спальных мешков под Акчой, принесли пользу. Почему мёрзли на первой части? Потому что что-либо предпринять по накоплению экипировки из-за недостатка времени нам не дали. Да и погода не особенно баловала.

Зато между Акчой и Андхоем времени было достаточно. Личный состав на второй части операции уже ни в чём не испытывал нужды. По ряду причин, мне неизвестных, вылет из места постоянной дислокации несколько раз откладывался. Возможно, это было связано с погодными условиями, и не только в Кайсаре, но и на других точках. А она стояла мерзопакостная. Весь конец февраля и март с неба сыпалась какая-то мокрая мелкая морось. Всё вокруг было влажное, склизкое, непросыхающее. Солнце пряталось за тучи, которые, цепляя посты боевого охранения, добавляли ещё больше слякоти на территории. Колонны не ходили. Дороги размякли. Иногда к этой каше добавлялся снег.

В окопах, ведущих к постам боевого охранения, были лужи. Заступая дежурным по мангруппе, было невозможно несколько раз за сутки не вымазаться по уши в глине, проверяя посты. В те несколько окон среди сплошной облачности, которая одеялом лежала на Кайсаре, прилетали борты. И каждый раз ДШЗ поднимали «В ружьё», строили на плацу, снова всё проверяли, а по прояснению обстановки распускали до очередного раза. И каждый раз народ потешался над неуклюжестью Смыкова и Гончара, вытаскивающих на плац свой ящик, а потом точно также затаскивающих его обратно. Надоело нам всем это ожидание, как «картофельная сушара» в столовой.

Наконец, в конце марта десантная застава во главе с капитаном Березиным Александром Викторовичем (2 застава) вылетела на бортах в Керки. Какое-то время по прилёту прошло в подготовке к операции, проверке личного состава, «ничегонеделании» и т.п. Но времени на раскачку не было. Нас почти сразу же выбросили под Акчу, где была проведена первая часть операции в течение 10 дней. Высадка заставы пришлась не на первый день операции. Наверное, второй или третий. Во всяком случае, «старожилы» из мангрупп, прибывшие на технике и уже стоящие на блоке, нам сказали, что они тут спокойно сидят, никого не трогают, а мы прилетели, побеспокоили тишину и началась война.

Личный состав заставы, выпрыгнув из борта, рассыпался веером, как учили, по местности. Благо попался в поле зрения какой-то арычок. Я вместе с народом выпрыгнул, добежал до места моей временной дислокации и залёг на его дне. Осмотрелся. До кишлака далеко – метров 600 - 700. С другой стороны пустыня. Над головой свист пуль. Откуда - непонятно. Лежу, никого не трогаю. Бойцы тоже лежат. Ничего не можем понять.

Борты, выбросив заставу, поднялись и ушли в Керки за очередным десантом. «Горбатые» прямо над нами заходили на боевой курс и «мочили» окраины кишлака «нурсами» и ракетами «воздух-земля». «Старожилы» от других ММГ тоже постреливали, быстренько подогнав две БМП к нашим позициям.

Я достал фотоаппарат и начал снимать, пока есть возможность. Палить в никуда мне не хотелось, тем более не разобравшись. Но всё вдруг стихло. Оказывается, огонь вёлся якобы от мазаров, находившихся на окраине кишлака. Их-то и мочили. Последующие дни мы даже не понимали, где находимся: то ли на боевой операции, то ли на курорте. Наслаждались тишиной, занимались кто чем. Бойцы отсыпались за весь «недосып», накопленный в мангруппе. На КП забрела собака. Бойцы её, естественно, замочили. Потом с трудом утащили для организации и проведения торжественных похорон. Весила не менее 50 килограммов.

Я занялся изучением боевых возможностей подствольного гранатомета ГП-25. Изощрялся в стрельбе по-всякому: стоя, с колена, с упором в землю и по разным целям, которые обозначал или строил в тылу нашей линии обороны. Рассматривал последствия от разрыва гранаты. Сопоставлял, анализировал. Иногда прилетали борты, выбрасывали почту, газеты, письма, сухой паёк и воду. Было не жарко. Особой нужды ни в чём не испытывали, кроме, как я уже сказал выше, нехватки спальных мешков и холода ночью. Заодно я взялся за пристрелку оружия, на которое жаловались бойцы. Но это занятие быстро закончилось. Потом в тылу стрелял сусликов и песчанок. В один из дней настрелял их солидное количество. Бойцы быстренько их освежевали и сварили мясной супчик. Березин пробовал. Говорил, что вкусный, но я не решился.

Наш связист Гуртовой сидел и целыми днями слушал эфир, передавал последние новости с операции, подавал заявки на провиант, крутил ручку зарядного устройства.

Недалеко от нас был КП операции, где разместилась полевая оперативная группа. Я там был один раз, не помню, по какой причине. Старшие офицеры там шиковали в сравнении с нами. У них было масло, умывальник, тепло и развлечение (изучали карты).

Сарбозы каждый день уходили в кишлак на проческу, потом возвращались. Всё текло тихо, вяло, «без шума и пыли». Иногда слышалась какая-то отдалённая стрельба из кишлака, но нас это не касалось. Мы даже не реагировали, занимаясь своими делами. Так первая часть операции и закончилась.

Нас сняли двумя бортами в Керки на подготовку ко второй части и перегруппировку сил. Боевые группы от пограничных войск и подразделения от 201 дивизии снялись с блока и, пополнив запасы, двинулись в сторону Андхоя. После перелета в Керки наша застава находилась на стрельбище, где был разбит полевой лагерь. За неделю вынужденного безделья были пополнены все запасы, разжились спальными мешками. Где взяли – не знаю.

Бойцы успели искупаться в карьере, благо погода нам благоприятствовала. Купались, в чём мать родила. Наиболее крутые имели трусы, а у Зеленова А., как у старшего над всеми, были трусы «Адидас», по которым его старшинство и определяли все местные. В эти купания случился и казус. Мимо арыка как-то следовал автобус с местными школьниками и школьницами во главе с бравым военруком на занятия по начальной военной подготовке. Он, увидев бойцов в неглиже, чтобы не смущать засмущавшихся дочерей туркменского народа, сделал им замечание, что девчонки, дескать нецелованные, а вы тут... Те быстро отреагировали, передав строгому военруку, что тут же исправятся, и натянут трусы, если им выдадут купальные костюмы. Бравый старый солдат пожаловался дежурному по полевому лагерю, нарвавшись на начальника ДШЗ с Калайи-Нау майора Шумова А.Н., который не стал долго разбираться. Он его просто «отослал туда, куда Макар телят не гонял». На этом инцидент был исчерпан и продолжения не имел. Правда, для острастки Шумов потом высказался в том же духе Зеленову по поводу принятия ими водных процедур в условиях Туркменистана. В этом же арыке бойцы наловили рыбы на уху непонятно чем и также непонятно как.

Вечером был торжественно отмечен «выход приказа» для майского призыва 1984 года. Стол ломился от явств по меркам боевой операции. По данному случаю был закуплен даже лимонад. Что было ещё, история умалчивает. Я не был посвящён. Березин уезжал в это время в Термез к семье, а я мотался между Керками, где был однокашник Виктор Чихачёв и полевым лагерем, где было много старых и новых знакомых. У Чихачева, который был в это время замполитом комендантской роты, забрал некоторые свои вещи, остававшиеся у него на временном хранении.

Полевой лагерь развлекал майор Шумов Александр Николаевич (начальник ДШЗ от ММГ «Калайи-Нау» 68 Тахта-Базарский ПОГО), показывая свои гипнотические сеансы. На этих сеансах народ здорово повеселился, глядя, как солдаты под гипнозом командуют, пишут диктанты и т. д. Даже просмотр кинофильмов давал меньше пищи для последующих за гипнотическими сеансами разговоров. Офицеры и солдаты поголовно перезнакомились друг с другом, делились своей жизнью в гарнизонах, скрепляя всё это горячими закусками и не менее горячими напитками. Подозреваю, что бойцы от нас ушли недалеко. Всё происходило где-то рядом, вроде бы под контролем, но аналогично нам. Если что-то у нас, офицеров, начиналось, то мы к бойцам уже не ходили. А они, подозреваю, об этом догадались сразу же, что контроль заканчивается, как только у нас начинается. Но всё хорошее когда-то заканчивается.

Дислокация позиций НДШЗ от ММГ "Кайсар"
под Андхоем в апреле 1986 г.

Ранним утром 14 апреля 1986 года наша ДШЗ с гражданского аэропорта была выброшена вслед за Керкинской ДШМГ под к. Мирабад с юго-западной стороны Андхоя. Фактически кайсарская застава оказалась довольно близко от 60-го пограничного знака (в 42 километрах к северу и немного восточнее от Андхоя было моё первое после окончания пограничного училища место службы: 4 пограничная застава «Гокча» 47 ПОГО).

Керкинцы (Керкинская ДШМГ) утром перерезали зелёную зону сплошных кишлаков, вытянувшихся с севера на юг на южной стороне Андхоя, севернее Карамкуля. Дальше, чуть западнее от Керкинской ДШМГ начиналась местность, покрытая песчаными барханами, которые заняла ДШЗ от 1 ММГ «Меймене». Замполитом заставы был мой однокашник Григорий Холявко. Следующей позицией завладела наша застава. Она проходила от песчаных барханов мейменинцев на юго-западе, через глубокое сухое русло (10 – 12 метров шириной и 4 – 8 метров глубиной), закругляясь, по глинистой ровной местности и до песчанных барханов на севере. Дальше от нас была высажена ДШЗ, возглавляемая майором Шумовым А.Н. от ММГ «Калайи-Нау» Тахта-Базарского ПОГО.

Разобравшись на карте, где мы, кто мы, куда попали, я отправился на рекогносцировку: расставить бойцов, определить позиции боевых групп, постов боевого охранения, стыки с соседями и секторы стрельбы. Березин остался в центре позиции руководить оборудованием позиции для миномёта и КП заставы. Для начала я капитально закрыл сухое русло огневыми точками, т.к., ночью была возможность скрытного подхода духов практически незамеченными от самого кишлака в этом направлении до наших позиций . В нём оборудовали позиции 6 бойцов.

А. Зеленов и В. Племянник в сухом русле
в апреле 1986 г.

На дне в пределах досягаемости броска гранаты поставили на растяжки сигнальные мины и гранаты Ф-1. С тыла позицию тоже прикрыли сигнальными минами. С Григорием Холявко определились по стыку между нашими заставами. У меня на стыке справа был сосредоточен расчёт АГС-17 с тремя автоматчиками. Один из них был усилен подствольным гранатомётом. У него слева расчёт СПГ-9 с автоматчиками. В лощине, справа от сухого русла, ведущей к позициям от кишлака Токоздарак, прямо в стык между нашими заставами были также расставлены сигнальные мины на расстоянии около 150 метров от линии обороны. Между нашими флангами было метров 50 – 60 неприкрытого пространства по линии фронта.

Наш расчёт 82-мм миномёта был расположен на позиции рядом с КП, который в свою очередь мы соорудили в яме 2х2 метра в центре линии обороны.

Таким образом, общая линия расположения огневых точек была под острым углом направлена к руслу и песчаным барханам справа от нас. Для верности мы бросили две мины из миномёта и пристреляли эти барханы рядом с кишлаком, определив с командиром расчёта сержантом Александром Комисаровым порядок ведения огня по возможному направлению прорыва духов. А вечером мы потренировались в использовании в ночное время белой нитки, натянутой на прицеле миномёта. Благо по ночам луна светила ярко.

Затем я отправился на левый фланг устанавливать взаимодействие с заставой от ММГ «Калайи-Нау». Проходя мимо КП, зря я не снял бушлат и бронежилет! Через несколько десятков метров похода по песчаным барханам с меня и бойца, кто это был, не помню, скорее всего, связист с радиостанцией, пот лил ручьём. Забравшись на самый высокий бархан, мы вдруг услышали гулкий выстрел и шуршание по воздуху. Сообразив, что по нам, возможно, открыл огонь миномёт, мы плюхнулись в песок. Но разрыва не дождались. Так было ещё пару раз. Слышно было только, как что-то втыкается с шумом в песок. Где – непонятно. А дальше наступает тишина. Потом я понял, что это бьёт старый английский бур. Афганцы, эксплуатируя оружие столько лет (иногда год выпуска значился 18..), и не сильно заботясь о его чистке, довели стволы до того, что пуля, выходя из канала ствола, летит, кувыркаясь в воздухе, чем и создает такие шуршащие звуки.

Наконец, я нашёл правый фланг заставы соседей, обговорил детали закрытия стыка огневыми средствами и вернулся на КП.

Наши расчёты по правому флангу заставы оказались верны. Не было только расчётов у духов. Этой же ночью, очухавшись от сознания того, что вытянутая, как угорь зелёная зона, в течение 2 – 3 утренних часов оказалась блокирована со всех сторон шурави, а вечером к ним дополнительно подтянулись армейцы с артиллерией и установкой «Град», духи, поняв, что дело «швах», предприняли попытку вырваться на нашем направлении.

Бой начался неожиданно в первом часу ночи. Сначала сработала сигнальная мина в сухом русле. Бойцы рассказывали впоследствии, что русло было тёмным от движущейся массы людей. Душманы подбадривали себя криками: «Аллах, акбар». Наши огневые точки открыли огонь. Работали ПК Анатолия Тюстина, установленный на склоне русла, РПК Олега Антипова, расположенный слева от русла, 3 АК. Снайпер со 2 ПОГЗ Василий Племянник, отбросив свою винтовку, бросал гранаты. Доставал, вырывал чеку и бросал одну за одной. Потом он сказал: «СВД явно была неэффективна в этом овраге». Духи, нарвавшись на столь яростный, а главное достигающий цели кинжальный огонь, а его плотность была до безобразия насыщена свинцом, откатились назад.

Алексей Зеленов, собрав запас гранат и патронов к ПК, с разрешения Березина А.В. помчался от КП к сухому руслу. Главная задача, поставленная Березиным, была заключена в том, чтобы точно выйти в этой темноте на позиции бойцов в русле, т.е. не попасть на свои же растяжки сигнальных мин. У Алексея получилось. Правда, пришлось покричать: «Жека, Вася, свои!»

А духи в это время выкарабкались по склону наверх и начали обстреливать наши позиции из гранатомётов. Уроды! Они решили, что тут сидят лохи позорные. Наши точки, умело расположенные на тактическом гребне русла, оставались неуязвимыми. Гранаты или утыкались в дно или пролетали над позициями, падая далеко за пределами линии обороны. Обломки гранат бойцы потом нашли и забрали на сувениры.

Решив, что путь открыт, душманы ломанулись в прорыв. Снова они завывали, призывали в помощь аллаха. Не помог. Сработала вторая линия сигналок и гранаты на растяжках. Снова был открыт кинжальный огонь ПК. Снова в русле начали рваться гранаты. В прорыв был брошен даже всадник на коне, о чём мы узнали утром. Всё было, как в фильме ужасов, работали из 4 – 5 стволов, а монстр всё не падал. Василий Племянник рвался подползти ближе на бросок гранаты к этому «громиле». Его еле сдержал Зеленов. Духи не выдержали, постреливая в сторону наших позиций, они откатились назад.

Далее басмота пошла в стык между нашей заставой и мейменинцами. Сработали сигнальные мины в лощине между барханами. Правый фланг открыл огонь на поражение. Женька Смыков рассказал потом, что он животом лёг на АГС, чтобы он не завалился на песке и только успевал с Мишкой Гончаром менять коробки с гранатами. Снайперская винтовка, естественно, и здесь оказалась неэффективной. Игорь Егунов мочил из АК по чётко видимым теням духов на барханах.

Как только потухли первые сигнальные мины в лощине, я, оправившись от первого шока, вызванного наглостью басмоты, метнулся с разрешения Березина к миномётчикам и дал команду повесить осветительную мину над барханами ближе к кишлаку. Мина расплескала свой свет как раз в тот момент, когда маленькие фигурки духов бежали от вершины ближайших барханов, примыкающих к кишлаку, в сторону наших позиций. Быстро, сменив прицел, мы сделали около 5 выстрелов, а между ними, меняя наводку, повесили ещё 2 осветительные мины над противником. В заливающем барханы искусственном белом свете мы с КП видели, как мины и гранаты (СПГ) рвались между фигурками-духами.

Расчёт СПГ сделал выстрела 3 – 4, что ещё больше внесло сумятицу в их действия от шума, производимого гранатомётом. Одним из выстрелов гранатомёта была подожжена крыша крайнего дома в кишлаке. Горящий дом осветил духов на их беду. Плохо только то, что каждый выстрел из СПГ открывал позицию гранатометчиков, в отличие от нашего миномёта, который стрелял так, что со стороны его было не видно и не слышно. Наш расчёт АГС-17 выплеснул в сторону духов 3 коробки гранат. Гранатомёт отработал без всякого прицела по направлению. Чётко работали автоматчики и ручной пулемёт.

Левый фланг и центр обороны нашей заставы безмолвствовал, наблюдая картину боя, т.к. из стрелкового оружия духов было не достать (метров 900 – 1000). Тем более, что мы не знали, чего ждать от них дальше. Всё произошло быстро и, как в кино, красиво при свете юпитеров. Получив такой отпор, духи откатились в кишлак, унося раненных и убитых. После боя я сказал Березину, что пройду по позициям, проверю всех бойцов. Результат обхода радовал. Потерь у нас и мейменинцев не было. Не было, вообще, никакого урона. Пограничники даже не успели испугаться. Моральный дух остался на уровне, который не следовало даже поднимать. А это главное. Все были довольны, что наши расчёты оказались верными, что как следует, дали им по зубам, что нет потерь, что остались боеприпасы ещё на две – три таких же вылазки душманов. А может и больше. Проверить эту гипотезу не довелось. На всякий случай на эти два направления по команде Березина А.В. передали ещё ручных гранат, патронов, снарядили ленты к ПК, коробки к АГС-17. В сухом русле нас потом до самого утра одолевал стон раненого духа. Мы пытались его заставить замолчать, бросая в направлении стона гранаты из подствольника. Но, видимо, не попадали.

Утром с рассветом я пошёл ещё раз проверить бойцов и направление подхода духов. Картина впечатляла: собрали брошенное противником оружие, патроны, притащили этого стонавшего раненного духа к КП, привязав чалму с его головы к ноге. Нормально он идти не хотел, а тащить его на руках с поджатыми ногами – много чести. Пришлось провести анестезию прикладом автомата. В русле было ещё пару трупов, в том числе конь, то же самое на песчаных барханах. Остальных духи утащили. Из карманов убитых я вытащил все документы, которые у них были. Затем прошли по песчаным барханам, скрываясь от наблюдения со стороны кишлака, чтобы не быть подстреленными снайпером.

Трофеи кайсарцев под Андхоем
в апреле 1986 г.

Герои ночного приключения в красках поведали, как они воевали, налегая, в основном, на скорость, с которой надо было выпускать боеприпасы в сторону духов, не думая о прицеле, и успевая при этом менять магазины. Всё было так осязаемо близко, как в вестернах, которые нам показывают. Вернувшись на КП, мы с Березиным составили донесение, передали его. Попросили воды и сухпая.

После завтрака прилетел борт забрал все наши трофеи и раненного духа. Воду и сухпай борт не привёз. Пришлось посылать вслед ему нехорошие слова, хотя лётчики были в этом виноваты меньше всего. На этом наше ночное приключение закончилось. По данным разведки мы накосили около 25 человек. Точно узнать не удалось. Трупы душманы нагрузили на телеги и куда-то увезли ещё ночью. Об этом мы узнали у местных дехкан, которые вечером следующего дня просили их пропустить с отарой через наши позиции. Больше на нашем участке попыток прорвать блок не было. Вновь выставленные сигнальные мины мы сняли, когда улетали с операции домой.

Пленённый король пустыни - варан
(Лебедев В.Г., Березин А.В.)

Спустя некоторое время я бродил перед нашими позициями и недалеко от меня разорвался снаряд. Как я долетел до окопа, не понял никто. А я и сам ничего не понял. Потом был ещё один разрыв боеприпаса, но дальше от КП. Видимо это был какой-то шальной выстрел. Может быть, выпущенный с другой стороны блока нашими. В то же время выстрела было два и более, менее прицельных. Больше нас за две недели продолжавшейся операции никто не побеспокоил. Осколки от того первого снаряда (может, это был выстрел с безоткатного орудия, не знаю) я храню до сих пор. Днём я с Березиным, (куй железо, пока горячо), сочинив предварительные представления к государственным наградам на бойцов, не забыв и про себя, понёс их к керкинцам (ДШМГ) на подпись (начальник Керкинской ДШМГ был назначен старшим на нашем направлении. По пескам я протопал в бронежилете километра 3 - 4, пот лился ручьём. Солнце припекало уже по-летнему. Иногда по небу проскакивали редкие облачка, и тогда наступало временное облегчение от путешествия по барханам. В этом добровольном походе не раз пришлось задуматься о нашей жизни и бытии. Не надел бы я бронежилет и восприятие действительности было бы совсем другим: лёгким и приподнятым высоко вверх от войны, а так метал припечатывал к земле и не думать о солнце, Афгане, чёртовых барханах и душманах было просто невозможно. Благо, что конец путешествия всё-таки был и был он вполне определённым в виде далёких позиций Керкинской ДШМГ.

В гостях у Керкинской ДШМГ после подписания
представлений (Лебедев В.Г., Драц В.Е., старшина 3
ДШЗ ст. прапорщик Васильев С.В.)

Командир ДШМГ капитан Лапушко был немало удивлён, увидев отпечатанные на машинке листы с текстами представлений, но подписал, зная о событиях первой ночи. Тогда же я побыл с ними, попил чайку, узнал об их приключениях. Ночь у них прошла довольно спокойно. Если исключить духа, который в первом часу пришел к воротам, где отдыхали десантники, и постучался в них. Часовой сверху, увидев оружие у стучавшего, замочил его выстрелом в упор. Духовский разведчик погиб храбро, но бестолково. На этом вся война в ту ночь закончилась. На возможный вопрос о печатной машинке отвечаю, что я её забрал у Чихачева Виктора, когда мы сидели на ПУЦу перед выброской, т.к. знали, что после операции нас сразу же разбросают по мангруппам, и времени на покупки и байки про операцию в Керках никто не предоставит. А печатная машинка была нужна для решения текущих задач на заставе в Кайсаре. Много машинка не весила, а ходить с ней пешком в ближайшее время до прибытия в Кайсар не предвиделось.

Был и один курьёзный случай, который вначале меня озадачил, если не сказать больше - испугал, а потом рассмешил. Отхожее место мы не копали, т.к. позади нас было много всевозможных песчанно-глинянных расщелин, возвышений, бугров и впадин, которые постепенно повышаясь шли от нашей линии обороны далеко в тыл. Таким же было и сухое русло, которое началось прямо у окраины кишлака простиралось в нашу сторону, пересекало линию обороны и уходило далеко в тыл. Поэтому русло было прикрыто как со стороны кишлака, так и в тылу. Но речь не об этом. Бойцы находили отхожие места в тылу в этих складках местности, каждый для себя. В какой-то день направился в тыл и я по тем же делам. Погода была отличной. Присел, сделал свои дела, натянул штаны. Оглянулся и... ничего не увидел. Мистика. Когда прошёл первый испуг, и сознание вернулось, чтобы начать соображать я присел на склон и начал раздумывать: кто бы мог утащить результаты моего похода. Связать это с душманами как-то не получалось. Должны быть естественные причины исчезновения. Ничего не придумав, я прошёл дальше по впадине и в нескольких метрах от места преступления обнаружил несколько жуков скарабеев, которые старательно задними лапками катили шарики в разных направлениях. Вот тут-то до меня дошло, куда делись следы преступления. Именно скарабеи быстро расхватывали материал, являющийся для них местом для кладки яиц и выведения потомства. И именно по этой жучиной причине барханы после посещения их бойцами оставались чистыми.

Начальник ДШЗ "Калайи-Нау" Шумов А. и сотоварищи
в гостях у кайсарцев. Апрель 1986 г.

Остальное время под Андхоем мы сидели в своей яме, которую обозвали КП, играли в преферанс, наблюдали за дрожащим в жарком мареве кишлаком Мирабад, бродили в тылу. Приходили к нам гости: Александр Шумов с командой с левого фланга, слушали по радиостанции передаваемые результаты операции, поругивали борты, которые не везут воду, сухпай. А с Шумовым А.Н. мне ещё довелось встретиться под Баламургабом на совместной операции по очистке приграничных районов. Ночью мы смотрели, как работает артиллерия и система «Град». Впечатляет. Очень красиво. Особенно разлёт вверх осколков горящего металла, из которого сделаны снаряды «Града». И били они по Баги-Бустану – там была база Аслама. Считалось, что это самая крупная банда в Андхойском улусвольстве – 400 чел. Оттуда они изредка ещё до операции миномётами окучивали Анхойскую заставу от 2 ММГ «Шибарган». В общем у нас сложилась позиционная война без стрельбы.

Днём стояла неимоверная жара. Без воды было туго. Умываться мы с Березиным перестали уже дня через два, а бойцы сразу после десантирования. Бриться было нечем. Хорошо, что у меня толком ещё ничего не росло. Однажды пошёл ливневый кратковременный дождь. Березин набрал в каски воду и с наслаждением организовал личное бритьё. Он поведал, что на операциях - так сложилась традиция кайсарцев – они всегда гладко выбриты и со свежей подшивой. Народ всегда нам удивлялся. Так было и после Акчи, когда мы прилетели в Керки, как будто не с боевой операции, а со строевого смотра. На этом наша операция закончилась.

Список НДШЗ "Кайсар", 50 чел.
Начальник - капитан Березин А.В. (орден Красной Звезды)
Замполит - ст. лейтенант Лебедев В.Г. (медаль "За боевые заслуги")
ряд Матаков Дмитрий - 1 ПОГЗ,
ряд. Карпов Владимир - 1 ПОГЗ,
ряд. Тюстин Анатолий - 1 ПОГЗ,
ряд. Егунов Игорь - 1 ПОГЗ,
ряд. Черкашин Владимир - 1 ПОГЗ,
с-нт Зеленов Алексей - 2 ПОГЗ, старшина ДШЗ,
ряд. Племянник Василий - 2 ПОГЗ,
ряд. Чередниченко Сергей - 2 ПОГЗ,
мл. с-нт Антипов Олег - 3 ПОГЗ (медаль "За отличие в охране гос. границы"),
с-нт Фролов Алексей - 3 ПОГЗ (медаль "За боевые заслуги"),
ряд. Миронов Виталий - 3 ПОГЗ (медаль "За отличие в охране гос. границы"),
ряд. Иванов Николай - 3 ПОГЗ (медаль "За отличие в охране гос. границы"),
ряд. Смыков Евгений - 3 ПОГЗ (медаль "За отвагу"),
ряд. Гончар Михаил - 3 ПОГЗ (медаль "За отвагу"),
мл. с-нт Комиссаров А. - минвзвод,
ряд. Гуртовой Александр - взвод связи,
с-нт Дмитриев Андрей - взвод боевого обеспечения,
ряд. Брехунец Владимир - взвод боевого обеспечения..

Улетела наша десантно-штурмовая застава одной из последних, сначала на 2 пограничную комендатуру Керкинского пограничного отряда в Чаршангу, затем оттуда напрямую в Кайсар. Подписанные Лопушко представления через мангруппу отправили в отряд. Государственные награды за эту операцию мы получили через год весной 1987 года. Вручал их нам командир Тахта-Базарского ПОГО подполковник Федотов прямо в мангруппе на плацу. Если не изменяет память, награды получили все бойцы от моей 3-й заставы, т.к. этот единственный ночной бой пришёлся именно на их позиции и позиции 2-й заставы, находившихся на правом фланге обороны нашей ДШЗ. А вот кто получил награды от 2 заставы и миномётчиков не помню. Гончара М. и Смыкова Е. потом по информации особистов сняли в Союз за неуставные взаимоотношения. Государственные награды они не получили. Но, полагаю, ещё не всё потеряно. Есть возможность через военкомат обратиться в Центральный архив пограничных войск и, возможно, награды найдут своих героев.

Праздники и будни Кайсара

А уже совсем скоро в Кайсаре был устроен праздник в честь 60-летия подписания Договора между СССР и Афганистаном. Во всяком случае так обозвал мероприятие замполит мангруппы Охлучин С.Б. В празничных мероприятиях участвовали и наша мотоманевренная группа. Группа артистов под прикрытием боевой группы выступили в просторном дворе царандоя. Замполит 1 заставы Полянский М.В. исполнил под гитару песню "Уголок России - отчий дом". Были и другие номера. Афганцам понравилось. Некоторые даже пускались в пляс. После так называемой торжественной части люди разошлись. А для нас был афганский плов, зелёный чай, который мы поглощали вместе с царандоем, другими представителями народной власти Кайсара.

Замполит 1 заставы М. Полянский
Апрель 1986 г.

На всякий случай проверил данные истории. Ничего не нашёл подходящего под апрель 1926 года.

27 мая 1918 г. - Установление дипломатических отношений между РСФСР и Афганистаном.

28 ноября 1921 года - Заключение Советско-Афганского договора о дружбе и взаимнопомощи.

31 августа 1926 г. - Подписан Договор о нейтралитете и взаимном ненападении с Афганистаном.

Вывод один: Кто-то что-то напутал. Смотреть более поздние документы истории нет смысла, так как они не подходят под 60 лет. Но праздник в Кайсаре точно был в апреле, судя по зимней форме одежды. Причём форма ещё старая. А 26 апреля 1986 года мангруппа переоделась в "варшавку".

26.04.1986 г.
Впервые личному составу ММГ ОВС отряда выдала «варшавку» - единую полевую форму одежды стран Варшавского договора. Первое время было непривычно от обилия карманов на куртке и брюках.

Состав ДШЗ от 3 заставы: Антипов Олег,
Миронов Виталий, Фролов Алексей, Лебедев Вадим,
Иванов Николай, Смыков Евгений,
Гончар Михаил (сидит). Апрель 1986 г.

28.04.1986 г.
В соответствии с планом в лагере начался месячник инженерно-технических работ. Личный состав подразделений мангруппы обустраивали позиции боевого охранения, углубляли окопы по периметру линии обороны. Солнце припекало нещадно, плечи у всех подгорели.
25.05.1986 г.
Прилетели борты. Привезли почту. В отряд отправили первую партию дембелей.
27.05.1986 г.
Над Кайсарской долиной прошёл редкий для этого времени ДОЖДЬ!!!
28.05.1986 г.
День в связи с празднованием Дня пограничника объявлен выходным. Отдыхали, готовили и трескали торты. Вечером дали праздничный салют из миномётов, развесив над Кайсаром осветительные мины. Стреляли из всего, что у кого было под рукой. Праздник удался. Духи не беспокоили своими ночными вылазками.
01.06.1986 г.
В связи с проведением местных выборов в Афганистане гарнизоны переведены на усиленную охрану мест дислокации, линейные пограничные заставы несут службу по усиленному варианту.
02.06.1986 г.
Утром из мангруппы вышла боевая группа в сторону 45 пограничного знака для встречи и сопровождения транспортной колонны из пограничного отряда. Колонна пришла в этот же день.

Подрыв Урала

Подрыв нового дизельного Урала скорее всего произошел не в начале июня, а позже: 13 июля или 3 августа - даты проводки других транспортных колонн. Такое утверждение связано с тем, что конец мая - начало июня 1986 г. замполиты застав провели на сборах в Термезе. А в тот злополучный раз замполиты 2 и 3 застав ст. лейтенанты Барышев и Лебедев находились в боевых порядках колонны.

Весной 1986 года в роту подвоза Тахта_Базарского ПОГО поступили новенькие дизельные Уралы. Они заменили устаревшие ЗиЛы-131, которые достаточно плохо показали себя в условиях Афганистана: кипели, глохли, тягали друг друга. Эти машины просто не переносили жёстких боевых действий в жару и постоянную пыль.

С новыми Уралами скорость прохода колонн по афганскому бездорожью сразу же увеличилась. На первой же проводке колонны из Тахта-Базара у нас на маршруте подорвался один из Уралов в районе сопки, где потом погибли Феденёв, Скурчаев, Ковшик и Красников (недалеко от спуска в Биркинское ущелье). Водитель был контужен, но, слава аллаху, остался жив. Для этой машины первый выезд оказался и последним.

Подробности этой истории таковы: Старшим ГПЗ на ввод колонны и её вывод был назначен капитан Барышев. Первым в ГПЗ шёл БТР-710, водитель Носик Владимир. Вторым шёл БТР-711, старший Барышев А.А. Я шёл первым в колонне на БТР-716. Этот Урал шёл за мной 15-й или 17-й по счёту машиной. Уже перед входом в ущелье ГПЗ остановилась и поджидала колонну. Сапёры направились проверять спуск. Почти все остальные бойцы собрались на БТР-711 и фотографировались. Через 2 минуты прозвучал взрыв. Ещё через несколько минут к месту подрыва подбежал Барышев. На этот раз обошлось без дополнительной стрельбы со стороны духов.

Разборка полётов на месте дала следующее: подрыв на итальянской транспортной мине произошёл под левым колесом по причине того, что молодой водитель, нарушив приказ, выскочил из колеи. На песке хорошо были видны отпечатки протекторов Урала. Ещё одна из причин подрыва - проход по этому маршруту третий раз. Я с Петровым потом долго вспоминали Барышеву его сибирское спокойствие и пофигизм по поводу его упрямой езды по однажды пройденному пути. Ведь в данной ситуации была возможность проскочить ту наезженную колею в объезд. Были на поле справа и ещё несколько путей, ведущих к спуску. И мы обычно использовали эту возможность. По крайней мере здесь перед ущельем старались никогда не повторять маршрут дважды по одному месту. Водителя этим же днём бортом сняли из Кайсара в Союз. А подорванную машину утащили в мотоманевренную группу, разобрали и вывезли в Тахта-Базар весной 1987-го года.

10.06.1986 г.
С выходных с Союза вернулся начальник штаба Коваленко В.Ф., и, основательно накачанный в оперативной группе ужасами применения духами химического оружия, решил проверить наличие и комплектность ОЗК в подразделениях. После зимы и отсутствия внимания к сему виду защиты личный состав еле выполнил норматив. Большинство ОЗК оказались без части шпеньков. Василий Фёдорович бушевал, размазхивал руками, кому-то грозил кулаком… Выбившись из сил, всем пообещал после программы «Время» устраивать ежедневный кросс в ОЗК и с оружием. Но, видимо, в штабе были посиделки (он же прибыл с выходных), и начальник штаба подобрел. Однако про комплектацию ОЗК и плановые тренировки в часы занятий не забыл.
Этими же бортами с подозрением на заболевание брюшным тифом был отправлен в Союз в госпиталь ряд Куницкий А.Ю., старший стрелок 2 пограничной заставы.
17.06.1986 г. в госпитале в Ашхабаде от брюшного тифа умер:
  •  старший стрелок-наводчик КПВТ 2 пограничной заставы ряд. Куницкий Александр Юрьевич, награждён орденом Красной Звезды - посмертно.
04.07.1986
После трагической смерти Сашки Куницына от брюшного тифа медики продырявили все руки и лопатки уколами и пневмопистолетами, наряды ходят, таская за собой оружие, на плечо не поднять.
08.07.1986 г.
Новенький офицер в роли помощника дежурного по мангруппе пошёл проверять посты боевого охранения ночью, попав на дневной пост не обнаружил там наряд и решил, что его украли душманы. Быстро доложил дежурному, тот немедленно поднял личный состав гарнизона по команде "К бою". Народ подразделений, похватав оружие, боеприпасы занял боевые позиции согласно боевому расчёту. После этого начали разбираться с пропавшими бойцами. Выяснили, что на дневном посту никого быть ночью и не должно. Разобрались. Дали команду отбой. Через час бойцы матюкаясь разошлись по кубрикам досыпать.

Согласно датам замены офицеров в мотоманевренной группе "Кайсар" под виновника ночного приключения подпадает лейтенант Якунин Игорь, замполит 1 заставы. В Кайсар прибыл приблизительно летом, когда Полянский М.В. был назначен начальником заставы.

13.07.1986 г.
Согласно графику доставки материальных средств из пограничного отряда боевой группой ММГ осуществлена проводка транспортной колонны, без единого выстрела.
25.07.1986 г.
Из отряда пришло очередное указание каких-то умников из Москвы, которым показалось, что носить ремень с лямками - это здорово и весьма удобно для солдата. Бойцы быстро придумали: по лагерю теперь ходят запряжённые коники. Каждую среду ввели занятия по ЗОМП. ОЗК усилиями тыловиков теперь все в комплекте.
26.07.1986 г.
Дождь, редкий для этого времени года, льёт уже второй день. Всё в лагере в грязи, в окопах стоят лужи, новая форма вымазана до безобразия. А сопки, окружающие Кайсар позеленели и имеют чистый первозданный вид. Вероятно дождь вызван очередным запуском космического корабля на Байконуре в Казахстане.

Колонна на роднике. На первом плане ГПЗ:
БТР-714 и 715. Август 1986 г.

03.08.1986 г.
Боевая группа осуществила проводку колонны, которую встретили на 45 пограничном знаке. А провожали колонну до линейной пограничной заставы под Кушкой. На границе жара под +50°C. С колонной пришла водофильтровальная станция ВФС-2,5 на базе ГАЗ-66. Теперь вода в гарнизоне без хлорки, можно не кипятить. На границе укусил пёс, злючий зараза. Маскхалат жалко.
16.08.1986 г.
На боевом расчёте обьявили список личного состава нештатной ДШЗ для участия в пограничной операции на стыке 3-х границ. После быстрых сборов вещи отложили в сторону в полной готовности к вылету. Первое блюдо по просьбе личного состава перенесли на ужин, днём ничего не хочется - очень жарко.

Участие ДШЗ ММГ «Кайсар» в боевых действиях в провинции Герат на стыке 3 границ, разгром душманской базы-арсенала «Какари - Шаршари (отм. 830) 18-26 августа 1986 года

16.08.86 на вечернем построении внезапно для личного состава объявили списки ДШЗ. Застава была составлена, как всегда, сборная со всех подразделений. Начальником был назначен майор Петров А.И. (начальник 3 заставы), замполитом капитан Барышев А.А.(замполит 2 заставы).

Личный состав по команде командиров подразделений быстро собрался, построился для проверки и ожидания бортов. Затем сбор отложили, но вещи разбирать не стали. Борты часто прилетали внезапно. Причём о вылете дежурный связист узнавал в момент, когда они уже были в воздухе.

В это время года в долине Кайсара стоит жара под 40°С. Первое блюдо по просьбе бойцов в столовой выдают на ужин, днём горячее в глотку не пропихнуть. Хорошо, что высота долины над уровнем моря составляет 1300 метров, что не дает столбику термометра подниматься так высоко, как в Туркменистане. А ночью, вообще, можно сказать прохладно. 18 августа ДШЗ вылетела в Тахта-Базар. Боеприпасов набрали столько, сколько смогли унести. Перед вылетом начман Максимов Н.Г., инструктируя личный состав, сказал, чтобы с боекомплектом не шутили, застава летит не на прогулку. Поэтому взяли всего по максимуму. Дело в Чакаве намечалось серьёзное.

Подробности операции "Западня" изложены на странице: "Войсковая операция "ЗАПАДНЯ" по уничтожению базы-арсенала лидера оппозиции Турана Исмаил Хана в районе КОКАРИ-ШАРШАРИ на иранско-афганской границе".

По прилёту в Союз сложили оружие в кучу и пошли в местную отрядную столовую, оставив пару бойцов для охраны. Отряд удивлялся, задавая себе вопрос: «Как всё наше снаряжение смогло влезть в борты: коробки от ПК, АГС, ящики с минами и 82-мм миномёт, цинки с патронами, вещмешки, оружие, спальники?» В столовке меню нам не понравилось. Безвкусно и очень просто, не то, что у нас в Кайсаре. Наевшись арбузов с хлебом, мы пошли загружаться на вертолётку.

Карта места событий на стыке 3-х границ: СССР,
Иран, Афганистан. Август 1986 г.

Вскоре ДШЗ уже летела в ММГ «Чакав» на стык трёх границ, где сосредотачивались все ДШЗ от мотоманевренных групп отряда. По прилёту в мангруппу офицеры сразу же ушли получать боевую задачу в полевую опергруппу. После возвращения Петров А.И. объявил, что с наступлением темноты ДШЗ выдвигается самостоятельно своей группой в пешем порядке в горы в сторону иранской границы. Там на месте, указанном на карте, застава должна была оборудовать позиции фронтом в сторону душманской базы «Какари – Шаршари».

Наша задача (пограничников) заключалась в следующем: десантно-штурмовые заставы от погранвойск становились внешним третьим кольцом в общем блоке вокруг душманской базы. Основная цель – не дать духам вырваться из кольца, а попутно прикрыть тылы подразделений 40 армии от возможных попыток прорыва кольца окружения извне. Первое кольцо на блоке базы составляли десантники, второе – армейцы, имевшие на вооружении тяжёлую технику: танки, САУ и др. Часть артиллерии была расположена в других местах далеко от базы духов, и вела огонь по данным топокарт через головы, сидящих на блоке. Но, вернёмся к беспримерному рейду по горам.

С наступлением вечерней прохлады мы бодро засобирались, радуясь тому, что, наконец-то, идём на дело. Время шло быстро. Прикинули нашу ношу и поняли, что не потянем. Тогда решили избавиться от бешеного количества «цинков», оставив только пару ящиков с минами, по 4 коробки к АГС-17 и по цинку патронов в вещмешок, магазины к автоматам. Пёхом надо было идти километров 20. Это по карте… Напрямую… Так нам сообщил Петров А.И. А по горам и, причём, ночью дорога будет явно длиннее? Удовольствия нам этот поход, ещё толком и не начавшись, уже не доставлял. А наоборот сеял тоску среди бойцов. Охранять всё своё добро оставили Андрея Дмитриева (ком. ВБО), невольно завидуя тому, что он не будет испытывать того, что предстояло испытать нам.

Наконец, выступили. Застава вытянулась в длинную вереницу и стала похожей на караван, навьюченный поклажей. Сначала горы казались очень красивыми. Я такие видел только по телевизору, в чёрно-белом изображении, а тут всё в натуре: марсианский пейзаж от обилия красной породы перемежался с зеленью, которая, в свою очередь, плавно переходила в скальную породу, постепенно превращавшуюся под солнцем, ветром в острые мелкие камни разной величины, шуршащие под ногами. Вершины гор были одеты в снежные шапки, меняющие свой цвет от лучей заходящего солнца. Через часа два эта красотища уже не вызывала удивления, а через 4 часа возникло навязчивое желание взорвать это всё к ядреной фене.

Застава шла узкими тропами каких-то диких животных, растянувшись метров на 150 - 200. Ноги периодически соскальзывали с тропы, вызывая каменные осыпи и витиеватые ругательства в адрес духов. До дна ущелья они не долетали, останавливаясь у огромных валунов. Ощущение было, как у парашютистов, дно ущелий было очень далеко от нас. Упади туда без парашюта – всё конец. После непродолжительного по времени марша стал умирать наш минвзвод и агсники. Поделив на всех их амуницию, мы шли как вьючные волы.

И так топали всю ночь. Пришлось изучить, опять же в натуре, на своей шкуре, особенности маршей в горах: пока в движении - мучаешься от жары, присел на привале – мёрзнешь от холода. В горах, оказывается и ветер не тот, что в долине. Продирает не только до костей…, до мозга. В какой-то момент Петров, шедший одним из последних, и подбадривающий отстающих, выловил Андрея Бучацкого (3 застава), который выбрасывал патроны, облепленные растаявшими конфетами, избавляясь от лишнего груза. Францевич тогда услышал про себя много «лестных» слов от Алексея Игоревича. Наверно, он их помнит до сих пор. Кто-то из бойцов пытался «забыть» коробку с тремя минами. Попытку Петров пресёк на месте.

Поднявшись на очередную вершину, мы вдруг увидели у подножья кишлак, которого не было на карте. В кишлаке чётко просматривались улицы, освещенные фонарями, и передвижение автотранспорта. Долго не думали – куда попали? Все поняли – Иран (скорее всего это был Меллу-Паин)! Какие на хрен фонари и легковушки в Афгане! Матерясь, все ринулись драпать обратно в горы. Нам до рассвета надо было исчезнуть отсюда незамеченными.

Наконец вышли на заданную точку. К 7 часам утра, завладев нужной высотой, и заблокировав ущелье, мы решили окопаться и отоспаться. Но не тут-то было. Бывший с нами в составе ДШЗ старшина сверхсрочник Христенко Сергей (Филимон или просто Филя) просто сбрендил. После разбора своего рюкзака, обнаружив лишний цинк с патронами и пяток гранат, он долго орал, пытаясь вычислить врага, который ему это подсунул. Но народ особо его вниманием не удостаивал. Всем было так хорошо расслабиться после ночной прогулки.

Вид на высоту 830 с г Чашмайи-Инджир,
слева - 3 точка заставы ММГ "Карабаг". Август 1986 г.

Осмотревшись и позавтракав из разогретых баночек, мы поняли, что копать ничего не надо. Пришлось строить окопы, т.к. окружающая нас местность состояла из пластов породы. Копать было нечего. Каменные пласты клали друг на друга, сооружая боевые позиции. С рассветом быстро поднялась температура воздуха. Скалы раскалились. Жара стояла такая, что затрудняюсь даже сказать, сколько было градусов на термометре. Вымотавшись после ночного марша и обустройства позиций, расставив посты охранения, застава мгновенно вырубилась.

На следующий день часов в 11.00 утра застава получила приказ: сменить позиции и выдвинуться на первый рубеж обороны, ближе к базе духов. До базы оставалось километров 3 - 5 по карте. Перед нашей высотой было 3 сходившихся внизу ущелья. По одному из них ждали возможного бегства духов после артиллерийской подготовки по базе, находившейся в пещерах. В этих пещерах были коммуникации и склады, госпиталь и казармы, годами создававшаяся инфраструктура. На километр фронта до 25 ДШК, минные поля. Всё бы так и продолжало функционировать, если бы не наглость духов, которые, убив иранского пограничника, подкинули его на советскую границу. Тут у наших всё закипело, и их решили выкурить.

Годами двумя раньше проводимая операция в этом районе не имела успеха. Поэтому теперь силами погранвойск и 40 армии решили завершить дни существования базы. Пару дней спустя началось… Грохот стоял бешенный. Работали армейцы из всех видов вооружения: самоходные артиллерийские установки, гаубицы, танки и самолёты, система «Ураган». И каждый считал своим долгом стрельнуть или метнуть свою порцию стали и свинца в логово. Горы перестали просматриваться. Над базой поднялась песчаная завеса на несколько сот метров вверх. Пыль просочилась во всю округу. Наши ущелья и то некоторое время трудно просматривались.

Через несколько дней всё стихло. Наступила невоенная тишь. В одну из ночей мы проснулись от стрельбы. Увидели, что наш левый фланг заметил передвижение по ущелью перед нами. По нему мелькнули в темноте тени и что-то белое. Мигом туда направился шквал огня. Положив из 82-мм миномёта пару мин, и обработав АГС площадь ущелья, все прекратили стрельбу. Затихло. До утра теперь было не до сна. Смотрели на белое пятно, пытаясь определить и идентифицировать его. Только с рассветом поняли, что это лошадь. Но как она сюда попала?

Несколько бойцов спустились на половину горы нашей высоты, но, не обнаружив ни трупов, ни каких-либо других предметов или следов, вернулись восвояси. Вода заканчивалась. От нестерпимой жары прятались под всевозможными навесами, сооружая их из плащ-накидок и прочего, что было под руками. Искали большие плоские пласты породы и делали из них пирамиды, натягивая плащ-палатки. В их тени и прятались.

А в это время в небе стаями, как вороны, кружили борты. На наши жалобные позывы о подвозе воды в ответ были слышны только маты лётчиков, добивающих беглых духов. Этики общения в радиоэфире не было.

У Сереги Чередниченко от жары "съехала крыша". Он стал что-то говорить, не зная, что несёт. Его держали за руки в прямом смысле слова. А Эмон Рахматулаев (переводчик) додумался высыпать в последнюю флягу с водой витамины, взяв их у сержанта Жданова (санинструктор). Вода стала горькой и жёлтой. Так мы на этой высоте и просидели неделю. Губы у всех потрескались от недостатка влаги. Питались килькой в томате, которая вызывала изнурительную изжогу. Прочие баночки не лезли в горло.

Через несколько дней мы увидели подлетающий к нам борт. Слегка коснувшись шасси камней, из чрева борта стали вылетать цинки с патронами и коробки с сухим пайком. Мы готовы были расстрелять этих циркачей: на хрен нам всё это без воды? И вот вслед за коробками появились полиэтиленовые мешки с водой. Никогда не думал, что при виде этих мешков будет появляться улыбка на лице. Это было счастье! Первый мешок неудачно кто-то принял у техника борта, и он, грохнувшись об землю, лопнул. Не представляю, что бы было с этим неудачником, если бы мешок был один. Вслед первому скинули мешков 4 - 5. Тут-то мы и зажили, даже умылись впервые за неделю.

Последующие дни стояли такие же тихие с точки зрения боевых действий. Но отдыхать не приходилось. Жара выматывала все силы и без войны. Ближе к завершению операции мы спустились вниз к самой базе духов. Народу было тьма, в основном армейцы, которые у нас втихаря пытались спереть РПК. Такого скопления боевой техники я никогда не видел. Мне даже показалось, что в Москве на параде участвует меньше. Запомнилось море баночек сока яблочного с надписью «Аэрофлот», которые валялись поле разгрома склада продуктов бесов в пещере у входа. Так-то их снабжали. И работал для их снабжения, получается, Союз. Кому война, а кому мать родна.

По итогам операции было уничтожено 26 различных складов с оружием и боеприпасами, 25 приспособленных к обороне глинобитных домов-крепостей, 32 пещеры-укрытия. База перестала существовать. Цель была достигнута.

Обратно ДШЗ сняли бортами через самую южную точку Союза – Кушку, вертолётная площадка находилась в пос. Моргуновка, основанном ещё казаками Екатерины Великой. Из Моргуновки вскоре вылетели в Кайсар. 27 августа ДШЗ выгрузилась из бортов и с вертолетки пешком потянулась в мангруппу.

Вскоре по ЦТ показали всё, что разведка 101 МСП 40-й армии взяла за август. Репортаж вёл Лещинский. Он рассказал, что августовская операция была проведена силами доблестной афганской армии, которую немного поддержали подразделения 40-й армии. Петров после просмотра добавил, что через сутки после операции с Марыйского аэродрома (Туркменистан) было поднято несколько МиГов, которые специально для Первого канала телевидения снова бомбили уже захваченную базу. Под этот шум Лещинский страшным голосом вещал, что здесь ещё идет стрельба, самолёты снова и снова заходят на боевой курс, душманы пытаются сдержать натиск бесстрашно атакующей афганской армии. Про участие пограничников не было сказано ни слова. Ведь официально нас там не было. Эти телевизионные кадры мы все смотрели в Кайсаре 8 сентября. Остаётся добавить, что за время операции на нашем направлении наши потери составили 3 человека: 2 десантника (погибли от пуль снайперов), один артиллерист погиб возле орудия. При выстреле его стукнуло откатом орудия. Пограничники в силу особенностей своего участия и роли в этой операции свою задачу выполнили без потерь.

На самом деле потерь было больше, намного больше. Особенно, когда проводился первый этап операции. Командование армейцев, как всегда, решило, что укрепрайон можно сходу захватить тактическим воздушным десантом. Пока до них не дошло, что это не так, что укрепрайон на то и построен и укреплён, чтобы его "сходу" не могли взять даже советские десантники, мы продолжали терять людей на минных полях, от миномётных обстрелов, от стрелкового оружия душманов.

По воспоминаниям начальника ДШЗ Петрова А.И. и ряд. Кочерги И.И.
Начало сентября 1986 г.
С отряда пришло указание временно запретить все выезды на локальные операции и рейды. Мангруппа перешла на усиленный вариант охраны и обороны лагеря. По оперативным данным из Кайсара 100 сарбозов перешли на сторону бандформирований.
26.09.1986 г.
Укладываем дорожки из камней, ждём начальство. Готовимся к выезду на 10 дней вдоль границы.

Проводы Березина 10.1986 г.

02.10.1986 г.
В Кайсаре празднуют День образования милиции Афганистана. Боевая группа выезжала на обеспечение праздника. В царандое кишит людьми. Рассматривают боевую технику. Смотреть надо в оба: того и гляди пацаны чего-нибудь открутят для нужды. Вечером связисты выезжали в Кайсар для показа царандоевцам кино.
03.10.1986 г.
Личному составу подразделений выдали новую зимнюю форму одежды. Карманов много, того и гляди запутаешься: где и что лежит. На 2-й заставе сменился начальник заставы, пришёл молодой старлей из под Львова: Дронов Павел Юрьевич.
13.10.1986 г.
Вечером начман Максимов Н.Г. поднял гарнизон по команде "К бою" и дал указание провести демонстративную стрельбу под углом 45° из стрелкового оружия. Бойцы застав оторвались по полной программе, постреляли по округе и, выпустив по 9 -12 магазинов, все после команды "Отбой" пошли заряжаться. Местная босмота убедилась, что порох ещё есть, и мы не спим.
Старший стрелок - наводчик КПВТ БТР 711 - 866 Белкин Виктор.

22 – 23 октября 1986 г. при проводке колонны из Союза произошёл один курьёзный случай. Проходя Биркинское ущелье, как всегда, не вовремя заглох движок «Чайки». Мой БТР № 711 шёл в середине колонны, под бронёй десант из минзвода. Согласно принятому начманом решению мы остались внизу, пропуская колонну мимо себя. Пока возились с «Чайкой» видели, что в ложбине позади, метров за 400 от нас нарисовался дух. Он то вставал, то ложился. Что он делал? Одному ему и аллаху известно. Но, видимо, все его телодвижения были не просто так.

Вдруг, неожиданно для всех, оттуда понёсся выстрел из РПГ по последней в колонне БМП. Сразу никто ничего не сообразил. Понимание того, что летит, и откуда оно, пришло позже. Спохватившись первым, и поняв, что пахнет жареным, водитель Пётр Гриненко схватил трос и побежал цеплять «Чайку». Благо, что БТР № 711 стоял впереди по дороге к роднику. Весь наш десант собрался на броне. После второго более прицельного выстрела из РПГ по БМП: граната разорвалась под днищем, я открыл огонь из КПВТ и затем из ПКТ.

Старший лейтенант командир взвода миномётчиков Андрей Савич, возвращаясь из отпуска, сидел под бронёй. Мне показалось, что он слегка перепугался: быть зажатым в ущелье под прицельным огнём духов - ситуация не из приятных. Тем более, что делать ему было нечего. У него даже автомата не было. Мне пришлось плотно без щелей обложить Савича со всех сторон матом, чтобы он пришёл в себя и подавал коробки с боеприпасами.

В итоге БТР № 711 медленно потянул «Чайку» по ущелью. Я успел за это время отстрелять неполных 3 коробки МДЗ и две из ПКТ, накрывая ложбину, не давая духу сделать третий выстрел, пока мы не скрылись за поворотом ущелья.

Начальник заставы по возвращению БГ в мангруппу написал на нас представление на медали «За БЗ», но что-то где-то не прошло. А старший лейтенант, миномётчик, старался меня в лагере не замечать, не вспоминая эту историю. Я в свою очередь тоже особо не нарывался на неприятности при встрече с ним. Так мы мирно и сосуществовали, пока я не уволился.

6 часов 10 минут.
45 пограничный знак

22.10.1986 г.
Боевая группа выезжали на обеспечение проводки транспортной колонны до 45 пограничного знака. С колонной приезжал начфин отряда. Рассказывал о том, что мы - афганцы богатые, с кучей всевозможных льгот, о которых знают все в Союзе.
26.10.1986 г.
Боевая группа вышла из Кайсара и взяла курс на линию государственной границы. Задача заключалась в совершении разведрейда вдоль границы перед ноябрьскими праздниками. Попутно гоняли возможных басмачей . В операции участвовали «сарбозы» на 6 БТРах, 4 пушки и ГАЗ-66. К 10 октября отряд обещает отправить на расчёт первую партию дембелей.
16.11.1986 г.
Боевая группа вернулась с границы. Пробыли на операции 21 день. Все грязные и заросшие. Много техники ломалось по дороге. На нашей территории недалеко 45 пограничного знака на дороге, ведущей от 13 ПОГЗ "Хумлы" подорвался бензовоз мангруппы на «итальянке». Водителя контузило. Старшим машины на этом бензовозе возвращался из отпуска старшина Христенко Сергей. Водителя бортами отправили в Союз. Христенко вместе с БГ прибыл в мангруппу, от госпитализации отказался.
28.11.1986 г.
Прибыли борты. Почта, посылки. Прибыл из отпуска замполит 3 заставы Лебедев В.Г. Вечером на 3 заставе у офицеров посиделки.
01.12.1986 г.
Над Кайсаром сплошной пеленой висят туманы. Борты не летают - нет писем. Срочно собрались и боевая группа выходила в район кишлака Кухи. Сорбозы влипли в историю. Помогли им отбиться от басмачей. К вечеру управились. Начман Максимов затеял капитальный ремонт бани. Старшим был назначен начальник СПС ст. прапорщик Зернов А.В. штукатурили, обивали досками. Дембеля ещё слоняются по гарнизону, матерят погоду, заклинаниями разгоняют тучи над долиной. Не помогает.
04.12.1986 г.
Боевая группа снова ушла на границу. На 45 знаке выпал снег, ночью всех замело, еле откапались, в БТР-713 как в холодильнике, полетела 1 печка. Гоняли отары, на брониках с сопок катались. После шести дней рейда закончился сухпай, перешли на джейранов и гречку.

Рейд вдоль границы (4 декабря – 12 декабря 1986 г.)

Карамхан и его нукеры

В начале декабря 1986 года в мангруппу поступило распоряжение из отряда, в котором нам ставилась задача выйти на границу через 45 пограничный знак, затем прочесать прилегающую к границе территорию Афгана. 4 декабря с утреца боевая группа вышла из Кайсара и направилась к границе. На броне с собой мы взяли в Ачике 12 бандитов Карамхана, которые помогали гонять ашнаков и набирали молодых мужиков в армию. Этот выезд, вообще, мог бы остаться незамеченным в истории, но он был отмечен природными катаклизмами, рассказ о которых интересен тем, что он составлен со слов очевидцев.

Боевая группа шла по своему обычному маршруту к 45 пограничному знаку. Местами, чтобы не задерживать движение колонны я, как старший ГПЗ (ст. лейтенант Лебедев В.Г.), старался вырваться вперёд, чтобы до подхода первой машины основной группы успеть с сапёрами проверить опасные в минном отношении участки: подъёмы, спуски, щели и т.д. Максимов меня в первое время (касается более ранних выходов) постоянно притормаживал во избежание большого отрыва от главных сил. Вскоре ГПЗ, а состав был, как правило, постоянным, научилась делать свою работу быстро и качественно. После проверки мы обычно набирали скорость и открытые участки, маловероятные для минирования, проскакивали со скоростью до 90 км/ч. Вот и в этот раз два БТРа вырвались на открытый участок местности и, набрав скорость, быстро пролетели открытую со всех сторон и довольно широкую долину. Окружающая местность была практически лишена растительности, которую подчистую уничтожили афганские бараны. Проверили переход через неширокий овраг и остановились. Колонна ещё только втягивалась в долину. И от нас первая машина находилась километрах в трёх - четырех. Это значит, что минут на 15 - 20 стоянка ГПЗ обеспечена.

Вдали от ГПЗ в дымке дрожал в восходящих потоках воздуха Караколь. Стояла звенящая тишина. Ни одного дуновения ветра. Мы сидели на броне, лениво болтали, благо, что открытая местность позволяла расслабиться. Да и до 45 знака уже было недалеко, а там отдых, ужин. Тут-то всё и началось. Ничего не предвещало катаклизмов. Тихо, тёплое уже вечернее солнышко слегка пригревало. Мы неторопливо осматривали округу. И вдруг все мы оцепенели. Справа по ходу движения машин над сопками поднялись тёмно-жёлтые, даже коричневые вихри. Такое впечатление, что кто-то из огромного пылесоса сверху с сопок снимает верхнюю часть почвы. Но до всасывающей трубы от вершин вертикально вверх довольно далеко. Вся эта масса пыли и песка поднялась вверх, примерно на 500 метров, а затем покатилась в сторону границы. Зрелище было грандиозное и даже где-то жутковатое. Мы ничего не могли понять. Главное, что всё это вершилось в полной тишине. На бомбардировку похоже, но не те масштабы. Сказать, что все происходило далеко и поэтому мы ничего не слышали, было бы неверно. Мы наперебой высказывали различные предположения одно фантастичнее другого. Развязка этой афганской загадки наступила быстро.

Минут через 10 внезапно поднялся южный ветер. И всю долину затянуло мелкой пылью и песком, поднятыми ветром. Резко похолодало. Тогда мы поняли, что так начинается «афганец». Добавлю, что в Кайсаре «афганцы» нас никогда не доставали. Они дули где-то выше Кайсара. Небо было слегка желтоватым от поднятых пыли и песка, но особых неудобств они не доставляли, пролетая над нами. Вероятно, сказывалась близость места расположения базового лагеря мангруппы к горам.

Подошла колонна. Идти дальше было достаточно сложно. Бойцы, которые обычно сидели на броне, спустились в десантное отделение. Сильный ветер, насыщенный песком и мелкой пылью, не давал возможности нормально видеть дорогу. Глаза забивало песком, а открытые участки кожи резко секло тем же песком, что вызывало даже легкую боль, напоминающую боль от ударов несколькими тонкими прутиками по телу. На такой случай, и на случай нахождения в колонне техники, но не первым по счёту, у меня всегда были в вещмешке мотоциклетные очки. Я достал очки, надел их, перчатки и вперёд к 45 знаку. Такие же очки были у нас у многих, что спасало глаза от пыли и песка. Движение колонны замедлилось. Видимость 15 - 20 метров. К 45 знаку подошли, когда уже темнело.

Начман Максимов Н.Г. разрешил не выходить наверх к линейке пока личный состав не поужинает. Расположились в долинке перед знаком на афганской территории. Наверху был кошмар, сотворённый природой. Кое-как разожгли костёр, высыпали в бачок баночки, разогрели. Пытались пристроиться на земле, чтобы поужинать, но позёмка из песка не дала нам такой возможности. Песок хрустел на зубах, глаза слезились, дышать было тяжело. Решили, что мы так не поужинаем, если только есть кашу пополам с песком.

Забрались в БТР, поставили бачок около десантного отделения, расположились вокруг. Теснота, но жрать хотелось, как из пушки. Каша оказалась с тем же песком. Поглощали хрустящую на зубах массу, и ругали "страну чудес". Никакого удовольствия не получили. Проглотили холодеющую в ложках кашу, запили водой. Настроение было на минусе.

А снаружи бесновался «афганец», свистя в выступах брони и торчащей антенне. На 2 заставе баночки ухитрились греть в БТРе паяльной лампой. Точно не помню, но, кажется, Максимов разрешил не выезжать наверх для расстановки боевого охранения, справедливо полагая, что только идиоты в такую погоду могут полезть воевать. А афганцы ими никогда не были. В таких экстремальных условиях начали готовиться к отдыху. Стволы КПВТ и ПКТ заткнули тряпочками. Два человека выставили для боевого охранения, остальные разместились внутри БТР. Кто не захотел, те завернулись с головой в спальники на земле рядом с колёсами с подветренной стороны. Для тепла спали по 2 человека в спальнике. А сверху ещё закрывались брезентом. В такую погоду я обычно спал на скамейке в десантном отделении, не раздеваясь, в бушлате, ватных штанах. Снимал только сапоги. Спать иначе было холодно.

Ночь прошла спокойно без эксцессов. Утром ветер слегка поутих. По крайней мере, я в десантном отделении уже не чувствовал содроганий 11-тонного корпуса от порывов ветра. Первым, что пришло в голову была мысль: «Как там пережили все афганцы?». Высунувшись из БТР-а, я был немало удивлён тем, что ашнаки деловито суетились вокруг ашнацких печек, грели свои закопчённые чайники, стреляли у нас баночки. На просьбы ашнаков отвечаю, что в баночках находится свинина. А они в ответ: «Значит, будем есть под одеялом, чтобы аллах не увидел». В общем, они пережили ночь лучше всех. Но это было ещё не всё.

На 45 пограничном знаке

Вокруг лежал снег. Правда, он быстро растаял, но… Основная масса песка и пыли уже пролетела в Союз. Стало веселее дышать. Бойцы вылезали из-под брезента, матерясь, отряхиваясь от нанесённого за ночь песка и ... снега. Быстро, на скорую руку позавтракали. После завтрака БГ задержалась на 45 знаке. Небо было ещё жёлтым, но уже пробивалось солнце. Приблизительно через день произошел ещё один природный катаклизм - землетрясение. Честно скажу, я его не почувствовал, а тем более не увидел. Помню очень смутно. Землетрясение, эпицентр которого был в Афганистане далеко от нас, было слабеньким, не больше 3 – 4 баллов по шкале Рихтера. Вероятно, в это время я лазал по окрестным сопкам и немудрено, что ничего не заметил. Но бойцы сказали, что земля здорово качалась. Наверное, так и было.

Рейд проходил довольно интересно. Свою лепту внесли афганцы. Бандюки Карама вели себя так, как и должны были себя вести бандиты, для которых власть – это Карамхан.

Наша боевая группа внезапно появлялась в какой-нибудь долинке, где находилась очередная обнаруженная нами случайная стоянка ашнаков. Последние, забрав оружие, разбегались, как тараканы, по всем сопкам. Люди Карама их отлавливали, в том числе, останавливая их стрельбой из АК-47. Некоторые, чтобы быстрее перемещаться по сопарям, на ходу снимали свои башмаки и босиком бежали за беглецами. Бойцы, глядя на это представление, наржались до колик в животах.

Молодых грузили на броню. Потом мы везли их в Кайсар, а прилетевшие борты с Меймене, забирали отловленных ашнаков в армию. Таком образом, в Афгане шёл призыв в армию.

В один из моментов остановились возле чабана с отарой овец. Максимов Н.Г. через переводчика попросил Карама узнать дорогу. Карам, кстати, сидел на БТР рядом с Максимовым. Сорбозы Карама бегом к ашнаку, хватают козу и тащат её, жалобно блеющую к БТР. Карам орёт, нет. Бандюки бросают козу, хватают и тащат барана. Снова – нет. Наконец, поняли, притащили ашнака. После расспросов, полученных ответов ашнака отпустили, а барана – нет. Вечером на стоянке бандюки его и заточили. Что-то от барана досталось Максимову и экипажу «101».

В один из дней, перевалив через сопку, обнаружили стайку джейранов, которые метнулись в противоположную от нас сторону. Начман, не дожидаясь спуска, дал команду остановиться и первым же выстрелом из АК-74 снял одного джейрана. Карам долго цокал языком, удивляясь меткости шурави. А вечером жарили мясо джейрана на сливочном масле. Другого у нас с собой не было. Получилось, ну.., очень вкусно.

12 декабря мы снялись с границы и БГ пошла в обратный путь, прибыв вечером в Кайсар без происшествий. Наловленных ашнаков сдали в царандой, для призыва в армию.

15.12.1986 г.
Ночью стукнуло -18°C. Для Кайсара такая температура редкая. На посту боевого охранения кто отжимается, кто зарядку делает - дубак страшный, никакие вшивники не помогают. Дует пронизывающий до костей ветер с гор.
16.12.1986 г.
100 дней до приказа!!! На боеовм расчёте довели обстановку и задачи предстоящего агитационного рейда силами до сводной боевой группы от трёх мотоманевренных групп.
Старший стрелок - наводчик КПВТ БТР 711 - 866 Белкин Виктор.

День 31 декабря 1986 запомнился всем, кто служил со мной на 2 пограничной заставе. На боевом расчёте начальник заставы Паша Дронов предупредил, что открывшие Новый год ружейным и СПШ салютом будут наказаны со всей пролетарской ненавистью. Но этим никого не удержишь. Вся мангруппа дружно салютовала, встречая Новый 1987 год по Кабульскому времени, а затем через час по Москве. Два земляка Стас Орлов и Коля Жданов отпраздновали Новый год флаконом одеколона, за что и получили от нас... В течение двух недель из этих кружек невозможно было пить чай - сильно отдавало одеколоном. Не отмывались никакими средствами.

27 - 28.12.1986 г.
По команде с отряда боевая группа вышла из мангруппы на 45 пограничный знак с задачей провести в мангруппу, разгрузить, вывести транспортную колонну. Операция прошла без происшествий и выстрелов.
31.12.1986 г.
Начман на боевом расчете разрешил готовить праздничный ужин в кубриках. Кашеварили все, кому было не лень, и кто был не в наряде на посту. В 24.00 по московскому времени личный состав вывалил из кубриков и палили кто из чего мог.

Новый 1987 год личный состав отпраздновал, как всегда, без особого шума, но с придыханием и некоторой помпой. Как и положено была проведена баня. Далее началась непосредственная подготовка Точно, кто и где находился, не помню. Бойцы с разрешения начмана готовили себе праздник в кубриках. Офицеры застав, скорее всего, были в канцелярии 2 заставы. Там помещение более просторное, чем на 3 или 1 заставах. Не обошлось без припасённого традиционного спиртного.

У штаба в этот вечер всё было обычным, стол ломился по кайсарским меркам. Даже, если не было ничего выпить из продукции спиртных заводов Союза, забрасываемой офицерами штаба подпольно с прилетающими бортами, то всегда можно было восполнить пробел кишмишовкой «от царандоя или хада» из кайсарских самогонных погребов.

Поэтому к 00.00 штаб был разогрет по полной программе жарко натопленной печкой и спиртным: снаружи и изнутри, что позволило народу расслабиться и провести праздничный салют из всех возможных видов вооружения. Кстати, штаб тоже не отставал в этом мероприятии, и, надо отдать ему должное, не проводил разбор полётов на следующий день. Минвзвод вешал в в ночном небе осветительные мины, а бойцы напропалую пытались очередями вывести во мраке «ДМБ-87». Все праздничные фейерверки были в точности повторены позже под бой московских курантов в 2.00 ночи по местному афганскому и туркменскому времени.

Основу страницы составили воспоминания Алексея Петрова, Алексея Зеленова, Вадима Лебедева, Виктора Белкина, Игоря Кочерги
январь 2013 г.

Боевой путь ММГ «Кайсар» пограничных войск - реальные события афганской войны в одном из подразделений пограничных войск КГБ СССР 1981 - 1992 г.г.





К 95-летию ПВ


Фотогалерея ММГ Кайсар


Файл: kelif2.jpg
Вес: 66104 байт.
Размер: 576 x 432 px


Рассылка
Подпишитесь на сайт http://mmg-kaisar.ru! Рассылка только при выходе новых статей.
E-mail:


Контакт       Отправить эту статью другу

Контакты   Письмо другу

© http://mmg-kaisar.ru

г. Калининград - 2012-2018, общая редакция и вёрстка: Лебедев В.Г.
Пользовательское соглашение


«Портал ПОГРАНИЧНИК» - объединение пограничников и сайтов пограничной тематики. Яндекс.Метрика