ММГ «Кайсар» — 47 Краснознамённый Керкинский ПОГО — 68 Краснознамённый Тахта-Базарский ПОГО — КСАПО — КГБ СССР

Новости сайта

- 27 ноября 2014 г. опубликованы все 27 глав романа-хроники Н. Иванова "Ограниченный контингент". Об истории создания романа, авторе и кратком содержании глав. Ссылки на главы.
- 17 февраля опубликована страница: "Организационно-штатная структура ММГ «Кайсар» 47 Керкинского, 68 Тахта-Базарского ПОГО КСАПО КГБ СССР"
- 22 января добавлена очередная страница боевого пути ММГ за 1991 - 1992 годы. "1991 - 1992 годы. СБД по охране государственной границы. Расформирование ММГ-5 "Кайсар"
- 6 января добавлена страница боевого пути ММГ за 1989 год. "1989 г. Вывод ММГ-5 «Кайсар» из Афганистана".


Можем ли мы оставить Афганистан в таком положении и, с другой стороны, переменится ли оно, и успокоится ли страна? Никогда, по крайней мере, мы до этого не доживём. Не могу сказать Вам как ненавидит нас народ, всякий, кто убьет европейца, считается святым... Мы не можем, не должны здесь оставаться. Мы должны возвратиться, хотя бы с уроном нашей чести...

Из письма молодого британского офицера на родину, август 1840 года, Кандагар

Глава 24 "Фарьябского дневника" рассказывает о первых впечатлениях офицера, прошедшего Афганистан, возвратившегося в Союз. После возвращения постепенно ушли ночные кошмары, пограничная служба проступила новыми заботами, трудностями. Впервые начали явно проступать проблемы, на которые раньше не обращалось внимания. Изменились и взгляды на окружающую действительность. Она стала восприниматься по другому, через призму Афганистана, через чётко определённую черту: вот враг, а вот друг. В Союзе не всегда было так. Часто за дружескими словами скрывался враг и наоборот. И это надо было учитывать, снова учиться жить в сложном мире человеческих взаимоотношений, уже без войны.

Многие из бывших пограничников-афганцев столкнулись с подобным явлением: кто-то приспособился, кто-то ушёл в преступный мир, кто-то спился, а кто-то нашёл в себе силы продолжать жить и бороться с тяжёлыми проявлениями застоя и переменами, начавшимися в стране в середине 80-х годов 20 века. Многие афганцы не потерялись до сих пор, несмотря на развал Союза. Они продолжают занимать активную жизненную позицию, влияя на жизнь своих сёл, городов, регионов.

Виктор Носатов, 2005 г.,
посвящается 16-летию вывода ОКСВА из ДРА

Фарьябский дневник
(Дни и ночи Афгана)



Глава XXIV.

15 апреля 1983 года. Казахская ССР. Город Алма-Ата.

Привыкаю к новой для себя жизни. Без ночных обстрелов и постоянного ожидания засад, без минных ловушек и грома бомбовых ударов. Не надо больше готовится к операциям по прочесыванию занятых боевиками кишлаков, карабкаться по изматывающим серпантинам в горное поднебесье, чтобы громить душманские базы и склады с оружием. И самое главное, постепенно исчезает страх погибели, который там постоянно витал над головой. На место этого страха все чётче и чётче приходило чувство огромной вины перед теми, кто там погиб.

Первые мирные дни у меня из памяти не выходил образ Аркашки. С увеличенного портрета на меня словно с укором смотрели его по-мальчишески доверчивые глаза и словно спрашивали:

- Ведь в том бою всё могло быть и по-другому?

Могло быть, Аркаша, если бы ты и твои ребята думали бы только о себе, о своей безопасности. Но ни ты, ни твои ребята, обеспечивая огневым прикрытием наш манёвр меньше всего думали о своей личной безопасности. По другому и быть не могло, ведь ты прекрасно понимал, что без вашей огневой поддержки могли сгореть все наши шесть боевых машин. Ты сделал всё, что мог и даже больше. Теперь я и десятки моих боевых друзей у тебя в неоплатном долгу. Дорого заплатили за твою гибель душманы. За десять месяцев после твоей гибели мы основательно потрепали банды нашего главного врага Мавлави Кара. Уже перед заменой я узнал, что сам Мавлави убит.

Он убит, но тебя-то этим не вернёшь, не вернёшь ребят, погибших в тот трагический для всех нас день. Кто заплатит за гибель десятков тысяч наших ребят в Афганистане? Кто вернет матерям их сыновей, женам мужей, детям отцов?

Знаю точно, только не смерть ещё сотен и даже тысяч боевиков. Ведь смерть одних ещё никогда не воскрешала других.

Я, как мог, заглушал в себе это чувство вины перед погибшими. Помогал, чем мог, Аркашиной семье, пока его жена и сын Сашка столкнулись с первыми трудностями. Пока сын Аркадия Волкова был маленьким, я рассказывал ему об отце как о герое-интернационалисте.

Но скоро Сашка повзрослеет и спросит меня, зачем мы были там? Что я ему отвечу, ещё не знаю, но я готовлюсь заранее к этому вопросу. Ведь рано или поздно на него нужно ответить именно нам, "афганцам", не только Сашке, но и всему народу.

Помогал семьям погибших, которых у нас в городе не меньше ста. В этом находил хоть и маленькую, но отраду. Ведь долги надо возвращать.

Со временем, когда мне уже казалось, что Афганистан уже понемногу забывается, начали снится кошмары.

Я почему-то один с автоматом на какой-то высотке. На меня движутся молчаливые моджахеды.

Я стреляю в них. Вижу даже, как трассы пересекаются с их телами. А они почему-то не падают. Всё идут и идут на меня, оскалившись в молчаливом крике.

Я вставляю последний магазин, стараюсь стрелять одиночными, экономлю каждый патрон, а они идут и идут. Можно уже разглядеть их расширенные то ли от злости, то ли от ужаса глаза, слышу их шумное дыхание.

От ужасной мысли о том, что нападающие и в самом деле бесплотные духи, которые вот сейчас начнут хватать меня своими огромными ручищами, у меня волосы стали дыбом.

Мелькает мысль бежать. Но сзади пропасть, бездонная и мрачная. Через мгновение душманы будут надо мной, что делать? Вдруг я замечаю небольшую расселину, рассекающую скалу. Я ползу туда, осторожно и в то же время торопливо начинаю туда спускаться. Нащупываю ногой какую-то вмятину, опираюсь на неё. В этот момент чувствую, как враги занесли над моей головой приклады, я в страхе дергаюсь и срываюсь.

С воплем "А-а-а..." просыпаюсь.

Так повторялось довольно-таки часто.

К кому я только не обращался.

Не помню, кто посоветовал мне не держать в себе Афганский груз, больше рассказывать о том, что испытал там своим друзьям. Друзья мои рассказы встречали с недоверием. Ведь многое из того, о чем я говорил, они слышали впервые. Привычка обо всем судить с подачи средств массовой информации преодолевалась с трудом.

Я, не обращая внимания на скептическую реакцию друзей, старался выговориться.

Признаться, это помогло. Кошмары стали реже, и вскоре я перестал летать во сне.

С трудом добившись более или менее духовного комфорта, я столкнулся с массой чисто служебных проблем. Раньше, после училища, я многих из них почему-то не замечал или считал, что так и должно быть. После Афганистана все они почему-то начали приобретать для меня принципиальное, даже какое-то жизненное значение.

На войне всё было достаточно просто. Вот враг, в него стреляй. Вот друг, его выручай. Да и все мы, наверное, были чище, честней, именно в экстремальных ситуациях каждый из нас, словно счищал с себя шелуху жизненных приобретений и становился самим собой. Если солдат или офицер стремился во время боя спрятаться за спину других, то ему не глядя на форму и количество звёзд, говорили в глаза - ты трус.

<< Глава XXIII - Назад II Далее - Глава XXV >>


Опубликовано на сайте c разрешения автора книги "Фарьябский дневник",
страница подготовлена В. Лебедевым, декабрь 2012 г.

Боевой путь ММГ «Кайсар» пограничных войск - реальные события афганской войны в одном из подразделений пограничных войск КГБ СССР 1981 - 1992 г.г.





К 95-летию ПВ


Фотогалерея ММГ Кайсар


Файл: trofei-1.jpg
Вес: 75836 байт.
Размер: 500 x 361 px


Рассылка
Подпишитесь на сайт http://mmg-kaisar.ru! Рассылка только при выходе новых статей.
E-mail:


Контакт       Отправить эту статью другу

Контакты   Письмо другу

© http://mmg-kaisar.ru

г. Калининград - 2012-2018, общая редакция и вёрстка: Лебедев В.Г.
Пользовательское соглашение


«Портал ПОГРАНИЧНИК» - объединение пограничников и сайтов пограничной тематики. Яндекс.Метрика